Январский дефицит торговли США, по предварительному прогнозу Goldman Sachs, может сократиться сразу на 8,6 млрд долларов, до 38 млрд. Отчасти этому «улучшению» поможет задержка грузов в портах Западного побережья. Импорт задерживается, и арифметика внешней торговли на короткое время выглядит лучше.
К заторам привели ограничения мощностей и трудовой спор, тянущийся с осени. В январе и феврале положение резко ухудшилось. Похоже, профсоюз докеров ILWU замедлил работу; работодатели в ответ сократили часы, а вокруг Дня президентов закрыли 29 портов на четыре дня из пяти. Через крупнейшие порты побережья в январе, судя по имеющимся данным, прошло на 20% или более меньше TEU — двадцатифутовых контейнерных эквивалентов. Февральских цифр ещё нет.
Предварительная договорённость ILWU с PMA, представляющей владельцев портов, появилась в пятницу, 20 февраля. Январскую потерю активности это уже не отменяет. Порт Окленда отвёл на разбор очереди шесть–восемь недель. Транспортный аналитик Goldman считает даже такой срок смелым.
Контейнерооборот портов западного побережья США с сезонной корректировкой. Оригинал изображения.
Почему торговый баланс может сначала выиграть
Лос-Анджелес, Лонг-Бич, Сиэтл/Такома и Окленд входят в десятку крупнейших американских портов по стоимости импорта. На затронутые порты приходится, как сообщается, около 70% азиатского товарного потока в США. У страны дефицит торговли с Азией, а её экспорт в большей мере связан с услугами и авиаперевозками. Поэтому перебои с морскими грузами должны временно сильнее придавить импорт.
Стоимость импортных грузов десяти крупнейших портов США в декабре 2014 года. Оригинал изображения.
Так уже было во время одиннадцатидневной забастовки ILWU в октябре 2002 года, затронувшей те же порты. Экспорт товаров тогда снизился на 800 млн долларов, импорт — на 2,5 млрд. Разница дала временное улучшение товарного баланса на 1,7 млрд долларов.
Сужение январского дефицита Goldman ожидал и без портового спора: декабрьский скачок реального импорта нефти выглядел подозрительно, а цены нефтяного импорта продолжали снижаться в январе. Теперь к этому добавляется задержка контейнеров. В оценке дефицита в 38 млрд учтено, что часть грузов могли направить через другие порты.
Месячный торговый баланс США и предварительный январский прогноз Goldman Sachs. Оригинал изображения.
Но к концу марта, когда разгрузка очереди заметно продвинется, торговый эффект, вероятно, начнёт разворачиваться. Кроме того, более высокий чистый экспорт прибавляет к ВВП, а более слабое накопление запасов вычитает из него. Конечный потребительский спрос при этом меняется мало.
Товарные потоки: импорт, экспорт, производство, запасы и конечный спрос. Оригинал изображения.
Отложенный груз ещё можно довезти. Испорченный — уже нет
Чем дольше продолжаются перебои, тем больше настоящих потерь. Свежие овощи и фрукты нельзя бесконечно держать на складе: часть продукции может пропасть и уйти в списание запасов. Отсутствующие комплектующие могут вынудить заводы сокращать выпуск. Автомобильные аналитики банка уже отмечают урезанные производственные планы у некоторых японских компаний с заводами в США. После Фукусимы 2011 года компании улучшили запасные планы, поэтому нынешние перебои, вероятно, будут слабее тех.
Докеры тоже могут терять работу и заработок. Нынешний спор затронул примерно 20 тысяч работников. Дальше потери могут разойтись по другим частям хозяйства через косвенные эффекты.
В прессе часто повторяют оценку в 2 млрд долларов ущерба за день закрытия Лос-Анджелеса и Лонг-Бич. Похоже, она пришла из отраслевого исследования. Под таким ущербом Goldman понимает уменьшение ВВП. Подробная работа Бюджетного управления Конгресса, CBO, резко критиковала подобный масштаб и давала гораздо меньшие 65–150 млн долларов в день.
Goldman увеличивает эту оценку в 1,7 раза. Так банк учитывает выросшую с тех пор стоимость грузов двух главных портов и остальные порты побережья. Получается 110–255 млн долларов в день полной остановки морских перевозок через Западное побережье. Если январские и февральские перебои равнозначны двум полным неделям закрытия и докеры не наверстают время в марте, рост ВВП в первом квартале потеряет около 0,2 процентного пункта.
Оценка очень чувствительна к допущениям. При жёстком сценарии те же две десятых можно получить только за счёт безвозвратно потерянного скоропортящегося экспорта. Банк пока не меняет квартальный прогноз и ждёт, когда последствия будут видны в данных.
Ещё на прошлой неделе, после снижения прогноза из-за снега, новым удобным объяснением слабости ВВП казался портовый спор. Можно было ждать две–четыре недели. Понадобилось четыре дня — и Goldman уже выпустил записку о последствиях сбоев на Западном побережье.
Когда итоговый рост первого квартала окажется существенно ниже 2%, армия экономистов быстро расскажет, каким он был бы без снега и портовых перебоев. С такими поправками можно будет почти вернуться к тем самым 5% третьего квартала 2014 года, которыми обязаны Obamacare.