Доллар принимают в расчёте на то, что следующий человек тоже его примет. Евро и иена устроены так же. За этими деньгами стоят долг, доверие и государственное требование считать бумажные знаки и записи на счетах законным средством платежа. Золото и серебро невозможно допечатать решением центробанка. В этом смысле они честнее валют, которые неплатёжеспособные правительства предлагают принимать на веру.
Доверие к долговым валютам неплатёжеспособных правительств уже явно ослабевает. Исчезнуть оно способно за недели или месяцы. За последнее столетие через обесценение денег проходили Аргентина, Венесуэла, Германия, Венгрия, Босния и СССР. Американские деньги Конфедерации тоже когда-то принимали. Их нынешняя покупательная способность мало утешила бы прежнего владельца.
Россия и Китай переводят доллары, юани и рубли в золото. Европа, Япония и США тем временем выпускают новые деньги, продлевая жизнь прежним обязательствам. Политики надеются получить ещё несколько лет у власти, банкиры и военные подрядчики — больше прибыли. Когда перестают действовать пропаганда и статистика, внимание можно переключить на бомбардировки и вторжения. А золото Ирака, Ливии и Украины — куда оно исчезает так быстро, если этот металл ничего не значит?
Утверждение о ненужности золота охотно распространяют финансовые власти, которым выгодно обменивать созданные ими валюты на настоящие активы: заводы, автомобили, землю и сами драгоценные металлы. Центробанк может выпустить миллиард евро, а затем купить на него золото. Владельцам металла предлагают считать его варварским пережитком.
С государственным долгом действует похожее самоуспокоение. Долг США уже превышает 18 трлн долларов и продолжает расти из-за ежегодных дефицитов; мировой долг составляет около 200 трлн долларов. Уверенность, что дефициты не имеют значения, стоит обсудить с Грецией, Зимбабве или Украиной. Выбраться из долгов новыми займами и прийти к процветанию новыми расходами — весьма удобные обещания для тех, кто занимает и тратит.
В ближайшие несколько лет крупное финансовое потрясение произойдёт. Его поводом могут стать европейские деривативы, в том числе связанные с греческими облигациями, применение тактического ядерного оружия на Украине, кибератака на банковские системы США, Японии или Европы, конец нефтедоллара, кредитный обвал в Китае или падение американских казначейских бумаг. Аудит Форт-Нокса тоже можно было бы добавить — если бы это не звучало шуткой.
Если такой кризис случится в течение пяти лет, вера в покупательную способность части валют быстро иссякнет. Некоторые валюты, рынки акций и облигаций обрушатся, доверие к политическим и финансовым руководителям упадёт. Золото и серебро сохранят стоимость: люди знают эти металлы и доверяют им. Их номинальная цена вырастет намного вслед за потерей покупательной способности бумажных денег. Подавлять её ещё долго не удастся. Валюты тем временем будут обесцениваться при бесконечном количественном смягчении.
Необходимость центробанков тоже заслуживает сомнения. Я не могу доказать их ненужность, но трудно увидеть пользу в учреждениях, которые извлекают деньги из экономики и обесценивают валюту. ФРС не предотвратила депрессии и рецессии, не увеличила занятость и не сохранила стоимость доллара. Зато богатство финансовой и политической верхушки выросло за счёт остальных.
Невежество прискорбно, но вера в ложь опаснее. К привычным заверениям, которые я считаю ложными, относятся следующие: недвижимость всегда дорожает, доллар столь же хорош, как золото, акции надо держать вечно, дефициты сокращаются, банковское спасение необходимо всей стране, печатание денег обогащает всех, а национальный долг мы должны самим себе.
Рядом идут обещания временных государственных программ, сбалансированного бюджета, сохранения своего врача и прежней медицинской страховки, войны ради демократии и отсутствия новых зарубежных войн или наземных войск. Вспоминаются и рассказы об одиноком стрелке. Даже золотой стандарт объявляют невозможным из-за якобы недостаточного количества золота. Смена одного бесполезного действующего политика на следующего сомнительного кандидата будто бы должна исправить всё разом. Во всё это люди верят или прежде верили; оснований принимать эти заверения за истину от этого не прибавляется.
Песенная мысль Jefferson Airplane о правде, оказавшейся ложью, легко переносится на деньги: вместе с разоблачёнными заверениями умирает и доверие к валюте. Необеспеченные долговые валюты никогда не выживают. Стоит учиться у истории: золото и серебро служат деньгами тысячи лет; Азия об этом помнит, пока западный мир предпочитает забывать. Перевести всё более рискованные доллары, евро, иены и облигации в металл ещё можно. Эта возможность не останется открытой надолго.