Чтобы жить лучше, населению надо сделать жизнь дороже хотя бы на 2% в год. Сегодня почти все центральные банки считают это хорошей денежной политикой. Любопытно, откуда взялась уверенность в столь точном числе.
Около четверти века назад Новая Зеландия пыталась справиться с двузначной инфляцией. Довела её до 2%, положение улучшилось. Из удачного снижения сделали магическое свойство конечной цифры: теперь всё, что ниже, тоже объявляют бедой и стараются поднять цены. При номинальных ставках, успевших побывать около 21% и ниже 1%, вера в точное управление благополучием выглядит особенно странно. Реальные ставки сейчас вообще отрицательны.
Центральный банк может создать деньги. Решить за миллионы получателей, как ими распорядиться, он не может. Они купят акции, облигации, образование, медицинские услуги или еду; какие цены вырастут и когда, печатный станок не определяет. Официальный индекс способен оставаться ниже цели, заодно занижая настоящее подорожание жизни. Для продолжения эмиссии удобно: Уолл-стрит получает поддержку активов, Конгресс закрывает новые расходы и дефицит.
Как ФРС стала кредитором для избранных
Так далеко ФРС пришла постепенно. В 1913 году ей поручили стать кредитором последней инстанции для банков и деловых кругов. Для спасения нужных заёмщиков требовалась «эластичная» валюта. Золото не растягивалось вслед за социальными и военными аппетитами политиков, поэтому золотое ограничение предстояло убрать.
Изначально разрешались коммерческие, сельскохозяйственные и промышленные бумаги. Государственный долг и спекулятивные финансовые обязательства покупать не позволяли. Конгресс изменил правила, когда понадобилось финансировать Первую мировую войну. К 1971 году привязка мировой долларовой системы к золоту исчезла окончательно. В 2008–2009 годах триллионы уже шли на спасение банков и ипотечных компаний, набравших деривативов и обесценившихся бумаг.
Маленькой разоряющейся фирме и человеку с неподъёмной ипотекой такая помощь не предназначалась. У кредитора последней инстанции были главные клиенты.
Когда Бен Бернанке говорил Рону Полу, что золото больше не деньги, он исходил из доверия мира к необеспеченному доллару. США получили привилегию управлять главной резервной валютой. В ФРС, похоже, рассчитывают сохранить её на тысячи лет. Убедительных оснований для этого нет.
Новые мандаты старую проблему только усложняли. В 1970-х надеялись дополнительной инфляцией снизить безработицу и получили стагфляцию. В 1979 году Конгресс предложил двойную задачу: стабильные цены и максимальную занятость. Добавил ещё «умеренные» долгосрочные ставки, не объяснив, что считать умеренным. Волкер высоким процентом на время вернул доверие доллару, структурные неполадки пережили этот успех.
После биржевого обвала 1987 года Рейган учредил президентскую группу по финансовым рынкам, Plunge Protection Team. Возможностей спасать Уолл-стрит прибавилось. Во время паники в 2000 и 2008 годах их снова использовали. Если удачные спекуляции оставляют прибыль владельцу, а провал обещают оплатить государством, рисковать становится выгоднее. Страхование вкладов и защита «слишком крупных для банкротства» усиливают эту привычку.
За последние шесть лет ФРС выпустила около 4 триллионов долларов для покупки государственных и ипотечных бумаг. На ипотеку пришлось примерно 1,7 триллиона. Финансовые активы выиграли, большинство американцев полного восстановления уровня жизни не увидело.
Во Франции XVIII века Джон Ло тоже собирался оздоровить финансы бумажными деньгами. Получились пузырь Миссисипской компании и крах. Сейчас масштаб намного больше: необеспеченный доллар обслуживает весь мир.
Почему снижение цен так пугает
Страх повторить Великую депрессию заставляет денежные власти встречать любую угрозу дефляции новой эмиссией. Причём договориться о словах они не могут: кейнсианцы называют дефляцией снижение среднего уровня цен, австрийская школа сокращение денежной массы. При растущем количестве денег и падающей нефти этими определениями можно описывать совершенно разные процессы.
Очередной пакет помощи задерживает необходимую расчистку долгов и неудачных вложений. Исправлять зарплаты, расходы и обязательства больно, но вечное откладывание исправления обойдётся дороже. Дешевеющие товары сами по себе людям не вредят: компьютеры, телевизоры и телефоны становились доступнее благодаря производительности.
Более 300 экономистов с докторскими степенями работают в ФРС, сотни работают в региональных резервных банках и по контрактам с университетами. В этом море исследований золоту почти нет места. Будущих экономистов и законодателей учат доверять денежному планированию. Между тем источник капитала для роста прост: производство и сбережения. Рыночная ставка сообщает, сколько ресурсов есть на деле. Назначенный административно процент сбивает расчёты и позволяет накапливать нежизнеспособные проекты.
То же с государственными расходами. Войны обедняют страну, обогащая отдельных поставщиков; эмиссия маскирует их цену. Золотая основа доллара заставила бы власти искать реальные средства и ограничила бы их рост. Такая денежная реформа лучше защищает свободу, мир и благополучие. Жаль, что всерьёз за неё, скорее всего, возьмутся лишь после большого валютного кризиса.